Информационный Портал ShowRoom.ru: Музыкальные инструменты, оборудование и технологии для света, звука, музыки, видео и телепроизводства

Музыкальные инструменты
Световое оборудование, световые эффекты
Звуковое оборудование
Видео и проекционное оборудование, медиасерверы
Телевизионное и оборудование для киносъемок
Мультимедийное оборудование, софт
Студийное оборудование
Конференц-системы, системы оповещения, public-address
DJ оборудование
Лазерные системы, лазеры
Оборудование для кинотеатров
Оборудование сцены
Оборудование для хора и оркестра
Специальная мебель, рэки, кофры, кейсы, чехлы, стойки
Коммутация, кабели, разъемы
Специальная пресса, литература, ноты
WWW-ресурсы
Каталоги звукового, светового, видеооборудования, музыкальных инструментов, услуг шоу-индустрии. Контакты производителей и поставщиков. Новости и обзоры рынка. Статьи. Анонсы выставок и мероприятий.
Подписаться на рассылкуПодписка на новости    карта сайтаКарта сайта    на главнуюНа Главную
 
Световое оборудование, световые эффекты  
    05.12.2015  
    Автор: Александр Щелканов для журнала ШОУ-МАСТЕР  

Дмитрий Великанов: Работа со светом - это творчество, общение и бизнес

 
Об интервью с Дмитрием Великановым, коммерческим  директором компании Light Logic, которая занимается прокатом светового оборудования, разработкой и постановкой светотехнических решений для телевизионных и концертных проектов, мы договорились еще в августе. Встреча постоянно откладывалась, из-за московской загруженности и суеты. Наконец в середине ноября вечерком мы засели на моей кухне на четыре часа и под чаек я получил удовольствие от беседы с талантливым, интеллигентным и одержимым своим делом человеком. Чего и вам желаю! Итак…    



Дмитрий Великанов



Александр Щелканов: Дмитрий, как получилось, что ты пришел именно в эту профессию? Это случайность или выбор? Что сработало: интерес к профессии или знакомство?
Дмитрий Великанов: Начиналось все очень просто. Я был знаком с Кузнецовым-младшим, а старший, Анатолий Кузнецов – один из лучших художников по свету. Он и втянул меня в эту профессию, «отправив» учиться в МХТУ. Правда изначально я шел туда на специальность «звукорежиссура», но что-то не сложилось и я попал на «свет». Вскоре, как это часто это бывает, я пошел работать в театр. Работал во МХАТе имени Горького, филиале Малого театра.


А.Щ.: Именно как художник по свету?
Д.В.: Нет, простым осветителем. А в какой-то момент в МХТУ пришел Николай Морозов (компания Rock Stage, – прим.) и бросил клич: «Кто хочет поработать в крутой прокатной компании?» Таким образом я и попал в Rock Stage под руководство Николая Коновалова. Rock Stage тогда была исключительно прокатной компанией, работать я начал с «железа», то есть со сцены, потом потихонечку стал заниматься светом, окончательно ушел из театра и стал работать только в Rock Stage.

В то время бригада Rock Stage под руководством Бориса Демина уже работала в Останкино, ребята ставили и обслуживали свет на различных программах, и через некоторое время я тоже оказался там. В какой-то момент компания «ВИД» приняла решение отказаться от аренды и делать свое световое отделение, со своими приборами, в связи с этим мы уволились из Rock Stage и продолжили работу на телевидении, но уже в компании «ВИД». Через какое-то время в процессе реорганизации компания решает, что данное отделение упраздняется, после чего мы приняли решение создать собственную компанию «Светологика» – Light Logic.

А.Щ.:
То есть «что Бог ни делает, все к лучшему»?
Д.В.: Да, именно так, сначала, конечно, расстроились, но надо было продолжать где-то работать, и мы приняли именно такое решение – создать компанию, в которой я и Борис стали соучредителями. Для начала купили восемь приборов, затем выкупили у «ВИДа» аппарат, поскольку после реорганизации они практически полностью его продавали. И вот, условно говоря, с комплектом из восьми Robe 575, восьми «джоттов» SGM, шести 1200-тых «вошей», какого-то количества «железа» и сканеров начали свою деятельность. Управление было SGM Pilot и Hog 1000.

А.Щ.: Кстати, Борис Демин – мой старый друг, мы познакомились в конце восьмидесятых, он уже тогда работал художником по свету на больших сборных концертах, затем штатным художником в группе «Мастер». А ты застал время, когда Борис работал на телевидении еще на самопальном программируемом пульте, сделанном нашими умельцами?
Д.В.: Нет, наверно это было до меня…

А.Щ.: Работаешь ли ты сейчас как художник по свету или только как руководитель компании?
Д.В.: Я пытаюсь работать и как художник по свету, и как руководитель прокатной компании…


А.Щ.:…То есть за пультом ты все же сидишь?
Д.В.: Да, хотя совмещать это довольно тяжело, поскольку приходится решать и вопросы внутри компании, и посещать многочисленные совещания с заказчиками в плане подготовки к очередным проектам, а любой проект, как правило, требует не одного совещания и десятков телефонных переговоров, что отнимает массу времени. К тому же постоянно приходится решать не всегда простые вопросы – и с коллективом, и с закупками нового оборудования, и со складом, и с логистикой.

А.Щ.: В каких областях вы больше всего работаете, есть ли специализация?
Д.В.: Как таковых приоритетов нет, прокат он и есть прокат – куда приглашают, там мы и трудимся. Заказчики привыкли, что у нас много проектов на телевидении, а круг нашего общения на ТВ широкий и сложившийся, поэтому мы преимущественно работаем там. При существовании, казалось бы, множества прокатных световых компаний, по большому счету, там постоянно действуют четыре компании.

А.Щ.: «От добра добра не ищут»?
Д.В.: Да, играют роль специфика телевизионной работы, алгоритм общения. А если мы работаем на концертах, то примерно на 90% это именно телевизионные концерты.

А.Щ.: Какова специфика работы художника по свету на телевидении и в турах, с какими трудностями можно столкнуться, а что, наоборот, нравится?
Д.В.: Специфика туров – это «большая печень» :), а специфика телевидения, если говорить серьезно, – это постоянная работа «на камеру». Ты не можешь позволить себе многое из того, что можно при работе в туре на концертах. Это связано с жесткими техническими особенностями восприятия картинки камерой. А во всем остальном все зависит от восприятия художника, как он себе это видит, и в этом нет особой специфики.

А.Щ.: Где больше нравится?
Д.В.: Нравится везде. Но, конечно, больше всего я люблю запуск программы, люблю начало, сам процесс создания программы. Это занимает примерно пару дней – когда программа отшлифовывается и превращается в законченный продукт. Потом уже больше идет рутина, и это я уже не очень люблю.


Шансон. Художник по свету Виталий Устинов

«Шансон». Художник по свету Виталий Устинов


Ночь в музее. Художник по свету Дмитрий Великанов

Ночь в музее. Художник по свету Дмитрий Великанов

А.Щ.: Вы работаете не только у нас в стране, но и за рубежом. Каким образом заказчики выходят на вас? Какие это работы – концерты, съемки, что-то еще? В каких странах удалось поработать?
Д.В.: Работаем, но заказчики все равно наши, в частности, ТНТ. Было несколько поездок в Прибалтику, на Кипр. С Comedy Club работали на фестивалях. К сожалению, в последнее время гастрольная деятельность музыкальных групп заметно снизилась и отчасти теперь замещается гастролями развлекательных проектов.

А.Щ.: Есть ли отличия в организации и логистике работы на проекте у нас и за рубежом?
Д.В.: Конечно. Добавляется куча проблем, а иногда и неприятности с преодолением границы – перевозки, декларации, таможни, машины, которые могут застрять где-нибудь по дороге и не приехать вовремя. Опять же больше вероятность неприятных неожиданностей с оборудованием, связанная с тем, что ты не можешь ничего забыть, выезжая за рубеж. Это же не дома, когда можно вернуться и быстро довезти то самое забытое оборудование или заказать у коллег. А там если ты что-то забыл, сразу «попал». И даже когда ты работаешь на аппарате подрядчиков ответственность все равно лежит на тебе.


Comedy Баттл. Художник по свету Сергей Солдатов

«Comedy Баттл». Художник по свету Сергей Солдатов



Comedy Караоке. Художник по свету Дмитрий Великанов

«Comedy Караоке». Художник по свету Дмитрий Великанов


А.Щ.:
Откуда приходят работать люди в световую компанию?
Д.В.: У нас коллектив человек тридцать, и, как ни странно, многие работают с момента основания компании. Часть людей пришли из телекомпании «ВИД», наш художник по свету работал в казино «Кристалл» и пришел к нам практически сразу после образования компании,мы с ним начинали работать вместе еще в театре. Список сотрудников уже расширяется по горизонтали – на работу приходят наши родные – дети, братья. Человек 20 – основной костяк, остальные приглашаются при необходимости под конкретные проекты, но, по сути, и они работают постоянно.

А.Щ.:
Надеюсь, придут и внуки! Я слышал, что у вас практически нет текучки кадров в компании. Чем ты это объясняешь? Достойными зарплатами, хорошими условиями работы, возможно, вы просто все друзья и вам комфортно работать друг с другом?
Д.В.: У нас достаточно демократичный стиль работы в компании. Это и хорошо, и имеет недостатки. Мы всегда доверяем людям, которые у нас работают, и пытаемся сделать так, чтобы и люди отвечали взаимностью.


Дом2.Художник по свету Дмитрий Великанов

«Дом2». Художник по свету Дмитрий Великанов

Культура. Гришковец. Художник по свету Дмитрий Великанов

Культура. Гришковец. Художник по свету Дмитрий Великанов



А.Щ.:
В далекие 1970-е мне довелось работать монтировщиком декораций в театре Станиславского и Немировича-Данченко, и тогда меня поразила жесткая дисциплина – по большому счету коллектив состоял из хиппи с Пушкинской, из музыкантов-рокеров, публика была непростая. Но если ты опаздывал к началу монтажа, с тобой все переставали общаться, а после спектакля предстоял жесткий разговор со старшим и – первое и последнее предупреждение.

Д.В.:
Правильно, потому что театр всегда держался на коллективе, на интересе к работе. Зарплаты, как правило, мизерные, в театр никто не шел работать с целью заработать денег, потому что там их никогда и не было, если говорить о нормальных заработках. Если говорить о нашем коллективе, я считаю, что он вполне оптимальный и хороший.

А.Щ.:
А есть ли разделение труда? Ведь в прокате больше всего приходится грузить-вешать-разбирать и в меньшей степени работать за пультом?
Д.В.: Во-первых, мы не стали дробить людей по задачам – ты занимаешься риггингом, ты – только электрикой, ты – программированием и так далее. Изначально была следующая концепция: «Господа, чем вы больше умеете, тем больше и зарабатываете. В ваших интересах быть многопрофильными специалистами». Просто электрика неинтересно приглашать в прокатную компанию. «Ты можешь вешать приборы? Ты сможешь отработать на пульте? Ты можешь просчитать коммутацию?» Мы ставим все эти вопросы перед каждым, и по этой причине у людей есть стимул развиваться.


Comedy Club в Юрмале2. Художник по свету Вячеслав Савин

«Comedy Club в Юрмале». Художник по свету Вячеслав Савин

Незлобин. Художник по свету Вячеслав Савин

Незлобин. Художник по свету Вячеслав Савин

А.Щ.:  То есть у вас нет такого – «я художник по свету, я ничего таскать не буду»?
Д.В.: Все зависит от коллектива, который таких людей, как правило, не принимает. Мое глубокое убеждение, что любой художник должен пройти через работу с техникой, если он этого не сделал, то он в принципе не художник, а человек, который умеет нажимать на кнопки. Профессия художника по свету – это умение не только нажимать на кнопки, но и управлять людьми.

А.Щ.:
  В плане оплаты труда – в прокатной компании существует соблазн прибыль вкладывать в обновление аппарата и платить по минимуму. Другой вариант — придерживаться разумного компромисса между объективными затратами и зарплатой. Видимо, вам второй вариант ближе?

Д.В.:
Мы не платим мало, зная рынок, могу сказать, что наши сотрудники получают адекватные деньги за свою работу. А все остальное вкладывается в аппарат. Иногда бывает, что приходится докупать оборудование на уже работающий проект, например, явно не хватает еще одного пульта для комфортной работы, значит надо заказать и купить. Но опять же, приоритет в том, чтобы в первую очередь выплатить зарплату сотрудникам. С другой стороны, мы понимаем, что вложившись в оборудование, мы всегда вернем свое недополученное. Это обычные вещи для любого бизнеса. Что касается текущих закупок, в основном это происходит так: смотрим на перемещения и начинаем «закрывать дырки», например, лебедки постоянно разбираются, их часто не хватает, значит, надо докупить. Эту дырку закрыли, но вот 600-ых приборов не хватает — будем докупать.

А.Щ.: Лебедки берете ChainMaster?
Д.В.: Да, в основном. Я покупаю оборудование по принципу – если по моим ощущениям от работы это оборудование надежно, его и закупаю. Ничего не имею против других брендов, например, Lodestar, но с ChainMaster у нас никогда отказов не было, поэтому я и считаю, что бессмысленно менять что-то в этом отношении. Кстати, мы одни из первых купили и стали применять программируемые лебедки ChainMaster с ком-
пьютерным управлением.

А.Щ.:  Помнишь ли ты первый пульт и световые приборы, с которыми работал?
Д.В.: Да, конечно, «единички» SGM, ведь в Rock Stage в основном был аппарат от SGM. В театрах – Strand Lighting, Galaktica первая и вторая.


Удиви Меня. Художник по свету Вячеслав Савин

«Удиви Меня». Художник по свету Вячеслав Савин


Stand up. Художник по свету Вячеслав Савин

Stand up. Художник по свету Вячеслав Савин

А.Щ.:  Да, был такой хороший дорогой бренд…
Д.В.: Как бренд он вроде работает, но его продукцию я уже не вижу. Хороший бренд, специализировался в основном на поставках в крупные театры, масштабные инсталляции, бюджет которых позволял приобретать дорогое оборудование. Можно сказать, что в период их расцвета аналогов просто не существовало, но со временем появились пульты, которые потихоньку «подвинули» этот бренд.

А.Щ.:
  Есть ли предпочтения при выборе оборудования тех или иных брендов в вашей компании? Чем они определяется?
Д.В.: Про лебедки я уже сказал, с пультами все просто – я сейчас работаю на двух брендах – MA и Hog. Могу работать и на Avolites, и на пультах других производителей. Лично для меня комфортен Hog, на нем удобно работать – он очень оперативен. Но сейчас я работаю на MA, поскольку стабильность у них выше. Приоритет один — пульт не должен «вылетать» на программе. В принципе осваивать световые пульты легче, чем звуковые, условно говоря, их на сегодня четыре основных бреда. У нас была полная линейка «хогов», а ведь 90% световиков в Москве работают именно на Hog, большинство из оставшихся 10% – на MA.

Но в какой-то критический момент мы стали покупать «эмашки», которые потом лежали на складе, так как их никто не брал в работу. Волевым решением мы продали «хоги», все до одного, и только после этого люди стали работать на MA. Но месяца три назад мы вернули на склад Hog 4, в итоге наш персонал теперь может работать и на MA, и на Hog. При этом в световых пультах, которые в отличие от звуковых изначально были цифровыми, есть очень серьезная разница в логике построения. Поэтому если ты работаешь на Hog и пытаешься перейти на МА, или работаешь на МА, а надо пересесть на Clarity или другой пульт, это не очень просто.

Если ты имеешь опыт общения с разными пультами, то это удается более-менее быстро, но если кто-то работал только на «хоге», а ему «подсунули» Avolites, у человека просто может случиться истерика. Чтобы реально перейти на пульт другого бренда, надо потратить какое-то время на его изучение. Если в звуковых пультах есть хоть какая-то аналогия, то тут практически никакой аналогии нет – световые пульты могут отличаться очень кардинально. Например, в процессе работы на проекте происходит взаимодействие различных программ, а это взаимодействие в различных пультах может сильно отличаться.   

А.Щ.:
  Вы тесно работаете с Robe, насколько я знаю, все новинки компании появляются в первую очередь у вас, соответственно вы первыми их тестируете и узнаете все достоинства и недостатки. Как сложилось это сотрудничество, есть ли у вас какие-либо обязательства перед Robe?

Д.В.:
Так получилось, что первые приборы, которые мы купили, были Robe 575, и поскольку они нас вполне устраивали, по той же причине, что «от добра добра не ищут», мы стали смотреть в сторону именно этих приборов. Исходя из практики могу сказать, что если прибор до представления светил замечательно, а на представлении вдруг вырубился – он не нужен. Robe очень надежны, хотя они не самые «топовые» в плане светового потока. Например, на старой линейке 1200-тых мы вообще не знали, что такое «запасные приборы» – если нам заказывали 20 приборов, мы и привозили на площадку 20 приборов, без всякого ЗИПа. Для меня это важный момент, ведь сейчас тратится много усилий на маркетинг приборов, но пока ты их не попробуешь на практике, трудно получить объективные данные.

А.Щ.: А приборы SGM?
Д.В.: У них сейчас началась вторая волна, похоже, это связано со сменой в руководстве компании. Мы раньше много работали на SGM — есть удачные приборы, есть, «середнячки». Соотношение «цена-качество» у них было хорошее. Например, линейка Giotto – очень яркие приборы. Кроме Robe и SGM хочется упомянуть High End Systems, например Cyberlight и аналоги, 4-я серия сканеров. Наряду с Robe, High End в свое время был одним из основных брендов.

А.Щ.:  Работаете ли вы еще с теми самыми сканерами?
Д.В.: Понемногу они отошли, правда, High End Systems пытается их возродить. Как прибор для определенных целей такой сканер очень хорош, например, за счет зеркала у него высокая скорость. На самом деле и в нашей области что-то определяется модой – будет мода на сканеры, и снова станут их заказывать, делать и поставлять.

А.Щ.:  А в плане обслуживания?
Д.В.: Нет существенной разницы. У сканеров маленький моторчик, но есть пассик, который иногда рвался, у «голов» – мотор побольше, но и механизм довольно хрупкий. А оптику надо время от времени обслуживать и у «голов», и у сканеров, там и там надо периодически обслуживать механику.

А.Щ.:  Вернемся к приборам Robe. Новинки вам дают на тестирование или вы, узнав о ней, сразу покупаете?
Д.В.: Тут все немного по-другому. Какие-то мы покупаем, а выпуск других приборов форсируем. Мне нравится, что компания стремится к диалогу в отличие от некоторых других и что-то может выпустить по нашей просьбе. На самом деле у меня сейчас в приоритете два бренда – Clay Paky и Robe. Clay Paky идут на контакт, они заинтересованы в обратной связи, как и Robe. Если мы говорим: «Вот в этом приборе мы хотим видеть такую-то штуку, очень хотим!…», они пытаются это реализовывать. Некоторые приборы они выпускают просто по пожеланию художника.

Например, Robe Cyclone – это пожелание от американского художника по свету, вентилятор с кольцом светодиодов для разгона дыма дым-машин. Очень странный прибор, который я вначале вообще не воспринял – «что с ним делать?!», но мы купили, стали ставить на некоторые проекты – хорошая штука! Пользователи долго мучали Robe по поводу выпуска прибора BMFL, который сейчас компания презентует по всему миру. С одной стороны, они выпустили его последними, но, с другой, учли в нем множество пожеланий, например, чтобы прибор обязательно отвечал требованиям работы на телевидении, чтобы стояла очень хорошая по цветопередаче лампа.

Применили другой, гораздо лучший синтез цвета – поменяли принципиально в отличие от линейки МMХ, где он получился не очень удачным. Опять же, Robe это и учел-то потому, что им об этом много раз говорили. Что вообще характерно для Robe, они много нужных вещей закладывают в электронику – и электронное табло, и поддержку назначения адреса без включения питания, то есть всякие удобные для работы функции. Еще в Robe мне нравится, что они пошли по принципу облегчения приборов: легче, чем линейка Robe, ни у одного производителя нет, на сегодня это самые легкие приборы.

Это приводит и к сокращению времени монтажа, и к возможности повесить большее количество приборов, если есть ограничения на подвес. Ну и последний тренд в работе Robe – приборы не должны потреблять много энергии, например, привычные ранее 2 кВт — это уже много. Что приятно и полезно, нас приглашают, когда прибор находится еще на стадии прототипа, мы посещаем производство, где и обсуждаем с разработчиками новинку. Производство Robe размещено исключительно в Чехии, компания усиленно расширяется, покупается много дополнительных производственных зданий. Мне очень нравится их организация производства, внутренняя логистика.


Дмитрий Великанов


  
А.Щ.: Есть ли приборы, которых нет у вас, но очень хотелось бы иметь в своем парке и почему? Например, какие-то нужные, но очень дорогие приборы?
Д.В.: Пожалуй, нет. Чего-то недоступного я не могу назвать, по деньгам в одних категориях у разных брендов, примерно все одинаково, ведь никто не будет выпускать прибор гораздо дороже других, но с теми же характеристиками. Вообще у ведущих фирм всегда есть хорошие приборы, – в чем-то лучше, в чем-то хуже конкурентов, но они именно «в топе». У фирмы Martin, например, мне очень нравится Viper – удачный, хороший прибор, который подвинул

3000-ую линейку, более топовую. У Clay Paky до появления у Robe «пойнтов» мне очень нравился Sharpy. Но поскольку Robe выпустили подобный позже, были учтены различные тонкости и получился в итоге очень хороший прибор Pointe. А теперь, на данном «витке эволюции», Clay Paky сделал несколько новых приборов, которых нет в линейке Robe. Но это вопрос времени. Сейчас применяется очень хорошая оптика за счет более точных расчетов, новые типы ламп, это улучшает характеристики светового потока, поэтому, конечно, с такими приборами надо работать аккуратно.

А.Щ.:
Вы занимаетесь только световым или и мультимедийным обеспечением шоу тоже? У вас есть оборудование типа Catalyst Media Server, какую часть в вашей работе занимает это сфера?
Д.В.: Да, у нас есть некоторое количество подобного оборудования, например, «Звездное небо» и подобные приборы. Это больше экспериментальные вещи, которые делались под заказ, из желания воплотить идеи и найти какие-то новые

решения. В нашем случае это пока больше, чтобы «поиграться». Недавно приобрели видеосервер MA – хотя у нас нет экранов и в планах не стоит их приобретение, но все же хочется освоить «соседние» технологии. Не обязательно их знать на уровне художника, который постоянно работает с медиа, но в нашей профессии бывают разные ситуации и лучше быть готовым к работе и на этих системах.

Кстати, эта готовность меня выручила однажды, когда заказчик не позаботился о том, чтобы пригласить человека, работающего на «каталисте», и, более того, не позаботился, чтобы был доставлен сам Catalyst, а выяснилось это за 2 часа до начала мероприятия. Пришлось обзванивать знакомых – Catalyst нашелся, но все специалисты были заняты. Нам привезли ящик с оборудованием, выгрузили и уехали. Я поковырялся до начала представления, разобрался и отработал, а других вариантов не было. Конечно, это стоило кучу нервов… Еще мы взяли 4 «видеоголовы» Robe Digital Spot, периодически ставим их «побаловаться» – в нашем бизнесе это бесперспективная тема, но для себя интересно – порисовать, подумать, позаниматься творчеством, поискать идеи.

А.Щ.:
Какие пульты и световые приборы ты считаешь в настоящее время оптимальными для работы на телевидении, в театрах, на концертах? Есть ли в них отличия для разных областей применения?
Д.В.: Да, есть. Но если говорить о тех характерных телевизионных студийных приборах, свисающих с потолка студии на пантографах, которые мы привыкли видеть, то они уже не актуальны для телевизионных съемок. Сейчас все сильно поменялось, целесообразность построения таких студий постепенно отпадает –любая программа на ТВ строится из уникального набора приборов. Художник выбирает не то, что висит в студии, а то, что ему нужно, и берет все это в аренду: кто-то Robe, кто-то Martin, а кто-то попросит привезти High End Systems. А когда строят стационарные студии и вешают кучу приборов, если хотят потратить уйму денег и есть такая возможность, в лучшем случае из них применяется процентов 15. Конечно, так можно работать, когда идет одна и та же передача с определенной периодичностью, в которой ничего не меняется, лишь иногда, как максимум, фоны.

Но даже если строить студию по такому принципу, теряет смысл ее автоматизация, поскольку она стоит очень больших денег. И даже если ставится постоянная передача, есть смысл два дня потратить на монтаж только тех приборов, которые реально нужны, направить их, и после этого нет необходимости к ним прикасаться, только если лампу поменять или фильтр поправить. Конечно, есть такие студии, где уже много чего висит, но чаще это даже мешает –

завешанный стационарный свет отнимает возможность оптимального подвеса, отнимает энергию, дает дополнительную нагрузку на потолок, часто уменьшается рабочая высота студии, поскольку приходится нужные приборы монтировать ниже стационарных на подвесе. Из хороших стационарных объектов это, конечно, «Останкино», но они строились в советские времена, там было много чего хорошего заложено, и построить такую студию вряд ли кто-то может себе позволить сейчас. Кстати, мы постоянно работаем в «ГлавКино» на Новорижском шоссе.

Идея комплекса задумана хорошо, «коробки» поставили, но дальше возникло очень много сложных проблем. Построили несколько очень хороших павильонов, но нужны мощнейшие подводки электричества, сложные системы кондиционирования и т.п. Логистика, удаленность – тоже не плюс, народ с неохотой ездит. Второй момент – чтобы окупить этот проект, надо держать определенную планку по аренде, но есть же конкуренция, есть и другие площадки, например, павильоны на базе бывших заводов Москвы, и они конечно поджимают этот рынок. Там также пустые коробки, но уже ничего не надо строить и подводить, как правило. И есть более дорогие, но традиционные «Останкино»,

«Мосфильм», Горьковская киностудия. Построить полноценный павильон стоит огромных денег, и те, у кого они есть, десять раз посчитают и сделают что-то другое, например, построят склад любой категории и «отобьют» его за год. И все же по задумке «ГлавКино» – очень хороший проект, если найдется финансирование и дело доведут до конца, это будет очень хорошее место для работы. Там же задумано много чего, вплоть до гостиницы – приехал и работай сколько надо.


Дмитрий Великанов


А.Щ.:
Насколько активно применяется специальное программное обеспечение в вашей работе?
Д.В.: Сейчас очень часто применяется визуализация, что очень помогает для разработки решений световых шоу. К сожалению, софт стоит все еще очень дорого, wysiwyg, например, около 5 тыс. евро плюс пролонгация лицензии 1 тыс. евро в год, к тому же надо ставить под него аппаратную часть, если хочешь «рулить» проектом из программы. Хорошая программа Lightconverse тоже приблизилась к этой цене. По этим причинам тема применения программ в нашей работе пока на полулюбительском уровне – кто-то купил, у кого-то нет на это денег, кому-то просто их жалко отдавать за софт. Объективно такая компания, как наша может себе это позволить, а для отдельно взятого художника по свету на фрилансе это все же большая сумма.

А поскольку тема плохо развита, заказами на визуализацию «отбить» купленную программу пока сложно, например, на моей памяти, у нас была всего пара заказов. У меня, правда, есть знакомые в Питере, которые пытаются продвигать и продавать подобные работы. Конечно, для себя я всегда пользуюсь программой, прорисовываю даже самый небольшой проект, это удобно: пока рисуешь – думаешь, вживаешься, в результате получаешь минимальное количество ошибок на площадке.

А.Щ.:
Есть ли сейчас какие-то принципиально новые ожидания в развитии как приборов управления, так и световых приборов? Может ли в этой области произойти что-то реально новое?
Д.В.: Потихонечку развитие, конечно, идет. Те же светодиодные технологии продолжают развиваться. В световых приборах идет процесс в направлении повышения эффективности — оптимизация веса приборов, энергоемкости, замещение источников света на более эффективные, в том числе в плане ресурса работы. Уже сейчас ставятся лампы, которые имеют ресурс до 2000 часов в отличие от старых ламп, где редко какие доживали более чем до 750 часов, а лампы стоят очень дорого. Ведь существуют еще много ламповых приборов, которых светодиодные пока не смогут заменить.

Светодиодные приборы — это в основном заливающие, «воши», для увеличения светового потока в них можно оперировать количеством светодиодов – ставить больше или меньше. В «спотах» это сделать сложнее, хотя компания Robe одна из первых сделала спот на светодиодной матрице, именно рабочий прибор, причем с очень хорошим световым выходом. По ощущениям это практически аналог 575-й «головы» по световому потоку. А все, что выходило до этого, –

это приборы, в которые смотреть можно было, не рискуя повредить зрение. С другой стороны, меня и 575-я линейка уже не очень устраивает, поскольку все чаще требуются приборы, которые могут работать от 6 метров и более. Но ведь есть много залов, например, в центре Москвы, где серьезные проблемы с ограничением электричества – дали вам на зал 50 кВт и на свет, и на звук, и выкручивайтесь, как хотите.

Второй момент – у светодиодных приборов тепловыделение на порядки меньше. Третий момент, когда светодиодные приборы, несомненно, имеют преимущество – если световые приборы подвешены к потолку, а потом зал замонтировали, туда очень сложно добраться, чтобы поменять лампочку. В случае со светодиодами туда нет необходимости лезть, если только прибор сломается физически. В-четвертых, у них облегченная вентиляция, следовательно, гонится меньше пыли через прибор, она не запекается на оптике – это тоже большой плюс.

В плане пультов — постоянная конкуренция. Производители смотрят, что нового у коллег, выпускают обновления. На мой взгляд, сегодня 90% эволюции пультов приходится на маркетинг. По сравнению со световыми приборами, которые постоянно эволюционируют, в пультах в настоящее время есть некоторая законсервированность. Например, Hog 3 и Hog 4 принципиально не сильно отличаются, потребительских свойств кардинально не прибавилось, и хотя «четверка» родилась после обкатки на пользователях «тройки», не все проблемы со стабильностью устранены.

Но поскольку компании надо развиваться, она перестает поддерживать старые линейки, стимулируют потребителей на приобретение новых моделей. С другой стороны, чем крупнее производитель, тем реже появляются какие-либо новшества, есть проблемы с обратной связью. По моему мнению, с этим хорошо у Avolites, они больше других интересуются мнением практиков и стараются внедрять их пожелания. Хотя мы на них практически не работаем, но мне симпатичен их подход к общению с пользователями. Был даже случай, когда один из специалистов компании при встрече сказал мне: «Помнишь, ты мне говорил о такой-то функции? Мы это сделали!» Приятно.

Для своего сегмента это очень хорошие пульты, они закрывают целую нишу. В случае с МА Lighting, если компания соберет от десятка человек по всему миру пожелания на те или иные функции, есть вероятность, что они это внедрят, если от одного — вряд ли. МА очень серьезные пульты в плане интерфейсов, имеют массу настроек, но иногда новые внедренные функции могут чем-то и мешать работе уже привычных старых. А у Hog, на мой взгляд, сложнее с обратной связью.

А.Щ.: Какую из ваших постановочных работ ты можешь выделить как самую удачную? Какую из работ коллег?
Д.В.: Что-то особо выделить не могу – у нас много интересных проектов, постоянно появляются новые работы, новые задачи. В памяти очень приятно отложились те проекты, с которых начинал работать, но то было другое время, другая атмосфера. Было много гастролей, «рок-н-ролл»… Из зарубежных мне очень нравится, как работает Cirque du Soleil – красиво, качественно, профессионально, приятно смотреть. Из концертов (а я редко хожу на концерты) мне очень понравились Rammstein, Милен Фармер – то, как сделано, уровень идей...

А.Щ.: U2?
Д.В.: Нет, не ходил. Хотел, но не смог. Я не фанат группы, но именно шоу хотелось посмотреть. В целом, сколько бы я не видел «фирменных» концертов, мне нравится, что человек, который приезжает со светом, очень хорошо знает репертуар, работает постоянно с этим коллективом и не придумывает за 15 минут, как отработать концерт. У нас есть подобные исполнители и коллективы, но их единицы. И их, к сожалению, становится все меньше, как это ни странно.

У нас в «звездных» категориях победила поп-культура – хорошо это или плохо, но это так. На Западе же публика, как правило, ходит на любые концерты, она не консервативна, как наш зритель, главное, чтобы на сцене были талантливые исполнители, и не так важно, в каком жанре они работают. Там люди умеют просто отдыхать и радоваться хорошей музыке – сегодня классика, а завтра «хэви». А это способствует развитию как исполнителей, так и самих шоу. Кроме того, на мой взгляд, у нас появилась странная тенденция ходить не на концерт, не на исполнителя, а «в зал».

А.Щ.: С какими проблемами в основном приходится сталкиваться при подготовке и работе на шоу? С кем в основном вы общаетесь? С художником-постановщиком, режиссером или тем и другим в равной степени? Насколько много хороших профессионалов в этой области, какие трудности общения приходится преодолевать?

Д.В.:
Видимо, в этой области «выжили сильнейшие», хорошие профессионалы – все нормально общаются, все знают свое место и свои задачи, на проектах есть понимание, что все делают общее дело, поэтому, как правило, все вопросы решаются достаточно просто. Каждый занимается своим делом. В основном практически нет людей «со стороны», в работе все чаще общаешься с теми, кто отработал много лет в своей области.

Если сейчас и бывают какие-то проблемы с постановкой проекта, то это на сто процентов проблемы не людей, которые делают шоу, а тех, кто это организовывает. Есть люди, которые выпускают «технический» продукт, и есть люди, которые занимаются организацией, продюссированием, те, кто вкладывают деньги, и зачастую не свои. И вот появляются такие банальные проблемы, когда начинают они с «барского плеча», задумав сделать суперпроект, каких не было: например, приглашается супергруппа, которая стоит дорого, а на техническую часть бюджет уже урезается.

Или вкладываются в «суперзвук» и «суперсвет», видеографику, а на сам заезд, монтаж и отстройку необходимых денег уже не хватает. И то и другое не имеет никакого отношения к тем, кто непосредственно, технически делает шоу. Чтобы подвести черту – сейчас уровень людей в нашей области очень высок, если человек живет в этой профессии, он умеет многое и работает, как правило, с полной отдачей.

А.Щ.: Случается ли, что заказчик определяет оборудование, но не предоставляет сценарий, световую партитуру и вам по ходу действия приходится делать световые решения?
Д.В.: Постоянно случается. Это даже наша обыденность. Причем, это и неплохо – начинаешь постоянно работать «с нуля», это стимулирует как к творчеству, так и к совершенству в смысле постижения возможностей оборудования. В этом плане сложнее на выездных мероприятиях, а на телевидении, когда программы снимаются заранее, проще – есть время подумать, отрепетировать, что-то поменять при необходимости и переснять. Например, какую-то композицию можно прогнать 2-3 раза, понять лучший вариант световой картины и точно выстроить программу.

А.Щ.: Насколько заметна работа художников по свету, часто ли к вам обращаются с искренней благодарностью? В титрах вроде указывают…
Д.В.: Художника по свету, как правило, воспринимают как необходимое зло :)…

А.Щ.: Звукорежиссер Дмитрий Сухин, отвечая на такой вопрос, рассказывал, что были даже случаи, когда люди клали цветы на пульт в знак благодарности…
Д.В.: Здорово. Но, возможно, это были люди из профессии, те, кто разбираются в теме. Мое личное мнение, что если «простой» зритель еще как-то может оценить работу звукорежиссера (и то не когда ему комфортно, а чаще, когда плохо), то он никогда не похвалит. Если под задачу хорошей телевизионной «картинки» ты должен опустить луч прибора, и он попадает в зрителя, тот возмутится: «Выключите, я не могу смотреть!». Как правило, в нашей работе одобрения или замечания исходят изнутри коллектива проекта.

А.Щ.: Что для тебя в первую очередь работа со светом? Возможность творчества, общение с людьми, бизнес?
Д.В.: Все три составляющие. Одно без другого невозможно. Лично для меня бизнес позволяет покупать качественные приборы, а они, в свою очередь, позволяют делать качественную работу – именно то, что хочется.

А.Щ.:
Есть ли постановка, в который ты мечтал бы поучаствовать?
Д.В.: Много таких проектов – Pink Floyd, Cirque du Soleil, любые большие концерты – они интересны в плане опыта. Кстати, с du Soleil удалось посотрудничать – организаторы обратились к нам за помощью, и наша бригада отлично поработала с ними на московских гастролях. С немцами на Красной площади работали на фестивале Red Bull, также было интересно. Например, у них идеально были выложены магистрали — так, что придраться невозможно, но зато было забавно смотреть, как специально выделенный человек прокладывал не спеша эту магистраль в течение целого дня.

А мои ребята ходили за немцами и постоянно спрашивали: «Когда работать-то начнем?!». Зато когда наш парень порезал руку, немцы чуть ли не целый госпиталь вызвали по этому поводу – все очень серьезно! Немцы мне больше всех нравятся из фирмачей – с ними всегда приятно работать, самые адекватные люди в профессии. До сих пор вспоминаю, как с Рафаэлем приезжал в техперсонале немец, которому было под 60 лет, веселый, постоянно бегал с проводами и лазил на фермы подключать приборы – мы у него из рук провода выхватывали, берегли человека. Редко кто из парней у нас так будет лазить по фермам, как он управлялся в своем возрасте. С французами тоже комфортно, хотя они более спонтанные люди.  

А.Щ.: Откуда ты черпаешь информацию о новинках? Насколько полезны семинары дистрибьюторов?
Д.В.: Информацию нахожу, как и все, в Интернете, на специализированных выставках. По поводу семинаров – сейчас, наконец, стала хорошо развиваться эта тема. Вроде и раньше пытались что-то делать, но не всегда удачно ведь профессионалы всегда заняты в прикладной работе. Видимо, сейчас стало больше специалистов, у которых есть и опыт, и время, чтобы делиться опытом, а потребность всегда существует. Для дистрибьюторов — это маркетинг, для пользователей – это общение, знакомство с коллегами и с новинками, возможность задать вопросы.

В основном это связано именно с пультами, поскольку световые приборы, как правило, вопросов не вызывают, а о новинках всегда можно узнать в Интернете. Что касается пультов, тут обмен опытом и консультации всегда насущны — как решить ту или иную задачу, как удобнее, как быстрее, узнать какие-то неявные возможности. Опять же, конкуренция на рынке сбыта повышается, это также способствует развитию таких встреч.

Мне понравилось, например, как делали семинар по световым пультам ребята из «Завод Шоу» – по одному дню выделялось для каждой компании, специалисты от разных дистрибьюторов знакомили со своими продуктами, отвечали на вопросы, давали консультации. Это очень удобно, в отличие, например, от семинаров, где в один день выставляется несколько продуктов разных производителей, уже не говоря, что бывает одновременно и свет и звук. Вячеслав Карпенко стал разрабатывать другую очень интересную тему – встречи с известными заслуженными художниками по свету.
   
А.Щ.: Насколько тяжела ваша работа? Вы ведь работаете практически все выходные, праздники, у вас ненормированный рабочий день, погрузки-разгрузки? Можно ли к этому привыкнуть? Как относится семья к такому графику?
Д.В.: Есть, конечно, проблемы, но в любой профессии есть своя специфика и человек решает, подходит ему это или нет. Вот попросили — возьми человека, очень хочет поработать. Дал телефон нашего бригадира, человек приехал, полдня поработал и уехал – «нет, это не мое!» Да, это непросто, приходится во многом отказывать и себе, и семье, но это такая работа. И далеко не только мы работаем в таком сложном графике, ничего страшного в этом нет.

А.Щ.:
Есть ли для тебя мастера света, у которых можно поучиться?
Д.В.: Я не стал бы кого-то выделять. Мне в принципе нравится наша работа, и я могу сказать, что если человек уже работает как художник по свету, он работает всегда индивидуально. Мне нравится, как все работают. Но даже в своем случае могу сказать, что иногда отработаешь, и сам собой доволен, а бывает, что не идет, не нравится, что-то не то. Я отношусь лояльно ко всем коллегам, мало того, уверен на 90%, что если человек внутри нашей профессии уже известен, то есть по имени и фамилии любой понимает, о ком идет речь, на него уже всегда можно положиться – он отработает надежно.

Мало того, всегда можно у такого человека чему-то поучиться, отметить для себя какие-то «фишки». Сейчас такая практика в нашей работе, что мы часто пересекаемся с коллегами: имея свою фирму, я могу отработать, например, с «Лайтмастером» или «Лазер-Кинетиксом», а с нами часто работают люди из других компаний. Мне нравится, как они работают, на их концертах все отлично. Ну и не надо забывать, что не все зависит от художника по свету – это всегда проект, коллектив, законченный продукт.


А.Щ.: Где можно получить профессию художника по свету?
Д.В.: В московском ТХТУ, в школе-студии МХАТ есть факультет сценографии и театральной технологии, специальность называется «художник-технолог по свету», на кафедре светотехники в МЭИ, в Питере в Мариинском театре и в Москве в Центре имени Аркадия Райкина организовано обучение.

А.Щ.: А насколько реально получить работу после учебы? В прокате, в театре? Например, придет выпускник и попросится к вам на работу?
Д.В.: Лично для меня, если человек пришел из ТХТУ, значит, он уже интересуется профессией. Если он придет к нам, я его возьму, а дальше все будет зависеть от него. Я могу привести и такой пример – мы возвращались после работы с какого-то проекта, поймали машину, разговорились с водителем, он заинтересовался и спросил: «А можно попробовать у вас поработать?» Попробовал и до сих пор работает. Причем без специального образования, не из профессии, просто потому, что ему это интересно. Конечно, то, что касается оплаты труда, в последнее время возникают странные запросы.

«Я окончил институт, у меня есть диплом, хочу получать много денег». Человек иногда представляет, что он придет в нашу профессию, будет сидеть за пультом, нажимать кнопки и получать кучу денег. Другое дело, когда сами сотрудники говорят: «Хочу развиваться, хочу работать на пульте». Тогда я отвечаю: «У нас на базе стоит гора пультов, лежит масса приборов, но что-то я не видел, чтобы кто-то из вас распаковал их и стал изучать, а у вас есть все возможности». После этого пара человек недельку посидели, «покрутили» приборами.

Я объясняю ребятам: художник по свету – это не тот человек, который просто нажимает кнопки. Наша задача – быть коммуникатором между режиссером, артистом, оператором-постановщиком и режиссером-постановщиком при работе на телевидении, бригадой из 10-20 техников по свету, которые в нужный момент, по вашему требованию, должны залезть на фермы и повесить недостающий, но очень нужный вам прибор, при этом не «послав» вас...

А.Щ.: Думал ли ты когда-нибудь о смене профессии и если да, то кем ты себя видишь в другой области?
Д.В.: Иногда хочется, особенно в моменты, когда «Все пропало! все пропало!!! Надо было заниматься чем-то другим…». В нашей профессии я могу заниматься много чем – строительством, электрикой, компьютер починить, и газовой горелкой что-то поварить – мне все равно, что делать. Но когда подумаешь: «А чем бы ты мог заниматься?», все это по отдельности скучно, а вот внутри нашей профессии – органично и интересно.

А.Щ.:
Твой самый страшный сон о работе?
Д.В.: Был такой! Очень смешная история. Это было после очередной «запарки» на работе. Жена рассказала – вскочил я среди ночи как лунатик и со стеклянными глазами спрашиваю возмущенно: «Вы зачем мне здесь все приборы перевесили?!» По ее рассказу, я успокоился только после того, как она догадалась сказать:

«Да-да, сейчас все перевесим обратно, как было!» Лег и сразу уснул. Это нервы. Как в процессе всех крупных проектов. Кстати, практически все наши ребята, кто давно работает, уже седые...
А.Щ.: Как и мой старший сын – художник медиаграфики. Спасибо, Дима, за интервьюудачи и процветания всем вам и вашей компании!


Художник по свету Дмитрий Великанов. художник по мультимедийной графике Павел Щелканов
Художник по свету Дмитрий Великанов. Художник по мультимедийной графике Павел Щелканов

Источник: Журнал ШОУ-МАСТЕР

 
подписаться на рассылку
 
  Назад  
  Другие статьи:  
   
   
   
Статистика
Фирм - 312
Брендов - 1940
Магазинов - 159
Товаров - 5694

                 18.04.17
новости · выставки · статьи · о проекте · помощь · бренды · магазины · фирмы · организации · услуги

Контакты: info@showroom.ru
Тел. (495)739-93-39

Copyright © 2004-2017
«ShowRoom.ru»

Создание сайта:


Rambler's Top100

     
     Обращаем ваше внимание на то, что данный сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 (2) Гражданского кодекса РФ.     
     Все цены, указанные на странцах товарных позиций заявлены нашими партнерами на момент размещения информации. Будьте внимательны: мы не отслеживаем и не корректируем изменение рублёвых цен в зависимости от роста или падения иностранной валюты, поэтому цены, указанные до 2015 года, могут быть значительно ниже актуальных.